пятница, 23 сентября 2016 г.

Знакомство И.К.Айвазовского с Н.В.Гоголем и первое путешествие по Италии

Профессор Н.Н.Кузьмин вспоминал, что при рассказах о первом приезде Айвазовского в Италию художник довольно часто вспоминал о Гоголе и своей дружбе с ним. "Первым городом Италии, который я посетил, - говорил и писал  он. - была, конечно, Венеция. После скучных Берлина, Дрездена, Триеста она несказанно нравилась мне. Развенчанная царица морей, спящая непробудным сном на берегу чудесного своего залива, очаровала меня. В Венеции я и познакомился с нашим незабвенным Гоголем, проживавшим тогда здесь с покойным Николаем Петровичем Боткиным".

Н.Н.Кузьмин так описывает знакомство художника с Гоголем: 
Моллер Ф.А. Портрет Н.В.Гоголя.
Начало 1840-х гг.

 - "Кто это такой?" - тихо спросил Айвазовский у Панаева. "Это Гоголь!"- ответил вполголоса Панаев, но творец "Мертвых душ", услышав вопрос художника, подойдя к нему, крепко, с волнением стал пожимать ему руку. "Вы Айвазовский, и я не знал раньше вас, не встречал нигде, ах, как я жалею об этом!" воскликнул Гоголь, крепко сжимая ему руку и ежась по обыкновению. "Знаете, Иван Константинович, - обратился Панаев к Айвазовскому, - ведь Гоголь - ваш горячий поклонник. Он любит до смерти ваши картины, и когда ими любуется, то буквально захлебывается от восторга". - "Не мудрено захлебнуться, когда в своих картинах он дает такую чудесную воду", ответил наш Гоголь, дружески похлопывая по плечу ладонью сконфузившегося от таких  красноречивых похвал Айвазовского.

Сам Айвазовский так вспоминал о знакомстве с писателем:

"Впервые в жизни увидев … автора "Ревизора", уже обдумывающего свои бессмертные "Мертвые души", я скоро сдружился с ним и весьма был поражен оригинальностью нашего писателя и его странной ... наружностью, прямо просившейся на полотно. Если бы я был портретистом, я бы в ту пору написал портрет с него. Низенький, сухощавый, с весьма длинным, заостренным носом, с прядями белокурых волос, часто падавшими на маленькие прищуренные глазки... <...> Гоголь выкупал эту неприглядную внешность любезностью, неистощимою веселостью и проблесками своего чудного юмора, которыми искрилась его беседа в приятельском кругу.

среда, 21 сентября 2016 г.

Тайны старых картин. Монахиня

Недавно в Третьяковской галерее прошла выставка "Тайны старых картин", раскрывавшая особенности музейных исследований. Многолетний труд музейных технологов, реставраторов, историков искусства, проводящих атрибуцию произведений, помог забытым героям обрести имена, позволил разоблачить мистификации и обнаружить неведомые шедевры под известными изображениями. Каждую среду в официальном блоге Третьяковской галереи мы будем публиковать рассказы об этих интересных находках. Первый рассказ - о картине кисти И.Е.Репина "Монахиня".

И.Е.Репин. Портрет С.А.Репиной. 1878
Картина "Монахиня" была написана Ильей Ефимовичем Репиным в 1878 году.

Моделью И.Е.Репину послужила его свояченица Софья Алексеевна Шевцова. Будучи студентом Академии художеств, Репин жил на Васильевском острове по соседству с семьей архитектора А.И. Шевцова, дочери которого привлекали внимание начинающего живописца.

Хотя окружающие считали, что Репин увлечен старшей дочерью Шевцовых, Софьей, в 1872 году художник женился на младшей, юной Вере. Софья стала женой брата Репина — Василия Ефимовича, воспитанника петербургской консерватории, оркестранта Мариинского театра.
Репин неоднократно писал портреты Софьи Алексеевны. 

Сравните облик монахини на картине с обликом Софьи Шевцовой на репродукции портрета, находящегося в Киевском национальном музее русского искусства. На портрете представлена миловидная женщина с чуть кокетливой прической из высоко собранных волос.

Из опубликованных воспоминаний племянницы Репина Л.А.Шевцовой-Споре стало известно, что еще для одного портрета Софья позировала в бальном туалете. Во время работы художник и героиня будущей картины поссорились, и Репин превратил нарядную даму в… монахиню.

Подтвердить правдивость слов мемуаристки оказалось возможным благодаря рентгенограмме картины, на которой видны нижележащие слои живописи, не счищенные автором. Под черным покрывалом скрыто светлое платье с кружевами, волосы девушки собраны в высокую прическу, в руке у модели — веер.

И.Е.Репин. Картина "Монахиня" 1878 г. и её рентгенограмма

пятница, 16 сентября 2016 г.

И.К.Айвазовский и А.С.Пушкин: продолжение

"Айвазовский встречал еще <…> в Петербурге Пушкина вместе с В.А.Жуковским и разговаривал с ними на улице. Последняя картина его из жизни Пушкина выставлена была <...> в Петербурге, в музее рисовальной школы барона Штиглица на картине "Семья Раевских и Пушкин" М.Н.Раевская ("княгиня Волконская") изображена убегающей от настигающих ее волн, и Пушкин, в восторге, застывшей позе, любующийся ею. Картина же "Пушкин у Гурзуфских скал" представляла собою юбилейную новинку (1899 года).

Пушкин изображен в лунную ночь на морском берегу Гурзуфа, на одной из высоких береговых прибрежных скал, в обычной задумчивой мечтательной позе. Вдали виднеется Аю-Даг и горы. 

И.К.Айвазовский, И.Е.Репин. Прощание
Пушкина с морем. 1877. Всероссийский
музей А.С.Пушкина, Санкт-Петербург
И.К. написал в разное время 8 картин из жизни Пушкина. Происхождение одной из лучших, по моему мнению, из самостоятельных картин его, "Прощание Пушкина с морем", относится к началу 80-х годов, когда И.К. услышал где-то в обществе прекрасную декламацию стихотворения "К морю". Поэт представлен на ней во весь рост, в длинном сюртуке, с плащем на одной руке и шляпой <...> в другой. У ног его бушует разъяренное море, а на скале как будто высечена рельефная надпись:

"Прощай свободная стихия!
В последний раз передо мной
Ты катишь волны голубые
И блещешь гордой красотой"!..

Эти прекрасные стихи, последние написанные в изгнании Пушкиным в Одессе в 1824 году, "вечно звучали в памяти"' И.К., и он любил их подписывать под своими снимками с любимой картины, даря их на память своим друзьям и знакомым. Иван Константинович Айвазовский, знакомый лично и с семьей Н.Н.Раевского, всегда утверждал, что стихотворение "Талисман" вызвано подарком Марии Раевской и написано первоначально поэтом в Крыму и никак не относится к Одессе и графине Воронцовой, за которой, по его словам, Пушкин слегка ухаживал в Одессе, как за великосветской львицей и женой начальника, но некрасивой женщиной, не в состоянии бывшей воспламенить воображение поэта. Как известно, с кольцом "'талисманом"' Пушкин расстался только в день смерти, а стихотворение приписывают Воронцовой...

пятница, 9 сентября 2016 г.

Воспоминания И.К.Айвазовского об А.С.Пушкине. Часть 1

В воспоминаниях об Айвазовском профессор Н.Н.Кузьмин уделяет значительное внимание отношению художника к великому поэту А.С.Пушкину. Он пишет: "Как один из "последних могикан" - из славной и незабвенной плеяды созвездий, украшавших наш небосклон еще во времена великого Пушкина, - его современник и человек по своим интересам и по стечению обстоятельств близко стоявший к его друзьям и знакомым, Иван Константинович сохранял немало воспоминаний в своей памяти о нашем знаменитом поэте, как равно и его жизни на юге. 

А.С.Пушкин на вершине Ай-Петри при восходе солнца.
1899. Государственный Русский музей
Вот как описывал он в одном из своих писем ко мне из своего загородного имения Шах-Мамай в Крыму, где знаменитый художник проводил обыкновенно каждое лето, подробности встречи своей и знакомства с А.С. Пушкиным.

"В настоящее время, - писал И.К.Айвазовский, - так много говорят о Пушкине и так немного остается в живых тех, которые знали лично великого поэта, что мне все хотелось написать вам несколько слов из своих личных воспоминаний о встрече с А.С.Пушкиным. В 1837 году, за три месяца до своей смерти, именно в сентябре, Пушкин приехал в академию художеств с женой Натальей Николаевной, на нашу сентябрьскую выставку картин. 

пятница, 2 сентября 2016 г.

Круг И.К.Айвазовского в Петербурге

"Один из славных представителей XIX века, профессор морской живописи И.К.Айвазовский, с самого приезда своего во дни молодости в Петербург, попал, как он нам описывал, в кружок выдающихся литераторов и людей своего времени. До конца жизни в душе Айвазовского сохранялись живые воспоминания об этих лицах, ожививших молодую жизнь поэтически настроенного в то время художника и способствовавших дальнейшему расцвету его дарования.

Несомненно, что в ту пору они внесли своим влиянием и разговорами и известный элемент стремления его к творчеству и развили в нем любовь к исторической живописи позднейшего периода. Вся недавняя история России, с ее славным прошлым, и наш "золотой" пушкинский век, можно сказать, прошли на глазах у него, и вот почему интересны его воспоминания и рассказы для нас. Одним из сердечных и неизменных друзей И.К.Айвазовского, имевшим на него такое же несомненное влияние и сблизившим его с кружком литераторов, композиторов и - художников, был и благороднейший профессор К.П.Брюллов, о котором еще так недавно вспоминал с горячей любовью в дни брюлловского юбилея сам Иван Константинович.
Вид на взморье в окрестностях
Петербурга. 1835

В том же счастливом для него 1836 году снятая с выставки по наветам профессора Таннера картина Айвазовского была доставлена, по желанию императора, в Зимний дворец. Государь остался в восторге от нее и благодарил за справедливость храброго заступника молодого художника профессора Зауервейда, довольного исходом этой истории, а великая княжна Мария Николаевна, повинуясь голосу и влечению своего юного, доброго сердца, поцеловала в светлый лоб своего почтенного учителя.

Подробности эти рассказывал нам И.К.Айвазовский, которого призвал и пожелал видеть сам справедливый рыцарь - император, повелевший сейчас же выдать в награду художнику 1000 рублей ассигнациями, с назначением его сопровождать великого князя Константина Николаевича, который летом тогда должен был совершить первое практическое плавание по Финскому заливу.

Плавание по Финскому заливу принесло таланту Айвазовского несомненную пользу, ознакомив его со всеми эффектами света и колоритом наших северных морей. К осенней выставке того же года было написано им семь морских видов из этого плавания, вскоре приобретенных императором.

Сентябрьские дни 1836 года ознаменовались для Айвазовского еще встречей с Пушкиным. В конце сентября последовало открытие академической выставки, привлекшей в залы академии художеств толпы публики.<…>

А.С.Пушкин, по словам И.К.Айвазовского, восхищался при посещении этой выставки пейзажами Лебедева и его маринами, а также двумя названными нами статуями, которые произвели столь сильное впечатление на пылкое воображение нашего великого поэта, что он воспел их в наскоро набросанном на обрывке бумаги тут же, в академических залах, и скоро появившемся в "Художественной газете" Кукольника, рядом с восторженной статьей об Айвазовском, следующих антологических стихотворениях:

Юноша, полный красы, напряженья, усилия чуждый,
Строен, легок и могуч, - тешится быстрой игрой!
Вот и товарищ тебе - дискобол! Он достоин, клянуся,
Дружно обнявшись с тобой после игры отдыхать!

Юноша трижды шагнул, наклонился, рукой о колено
Бодро оперся, другой поднял меткую кость.
Вот уж прицелился... прочь! раздайся, народ любопытный.
Врозь расступись, не мешай русской удалой игре"…



Источник:
"Воспоминания об И.К.Айвазовском профессора Н.Н.Кузьмина", 1901

пятница, 26 августа 2016 г.

Иван Айвазовский и Карл Брюллов

"Айвазовский говорил, что он "никогда не забудет этого 1836 года". Знаменитый творец "Последнего дня Помпеи" Карл Павлович Брюллов, тогда один из первых профессоров академии, питавших к нему живейшее сочувствие <...> приблизил его к себе и, чуждый зависти и напыщенности, ввел его в этом году в кружок "братии", славными корифеями, завсегдатаями которой были, по словам Ивана Константиновича, наш композитор М.И.Глинка, знаменитый исторический романист Н.В. Кукольник и его брат Платон, поэт В.А.Жуковский, "неистовый балагур" Я.Ф.Яненко и другие.

Брюллов К.П. Автопортрет. 1848
Кукольник издавал в то время свою "Художественную газету" и скоро напечатал в ней статью, полную восторженных похвал И.К.Айвазовскому, которую закончил знаменательными словами: "Ни слово, ни музыка - одна кисть Айвазовского способна изобразить верно страсти, так сказать, морские. Произведения его поражают, бросаются в глаза своими эффектами. Его земля, небо, фигуры доказывают, чем он быть может и должен. Скоро не одни глаза разбегутся, но призадумается и душа внутри зрителя. Дай нам, Господи, многие лета, да узрим исполнение наших надежд, которыми, не обинуясь, делимся с читателями!"

Предсказание и пророчество Кукольника не замедлило сбыться. За свои картины Айвазовский вскоре получил первую золотую медаль. Картины его были куплены для академии императором Николаем I за 3000руб. асс., и отъезд в чужие края, по желанию царя, ускорен на 2 года.

Во время собраний у Брюллова, в веселом кружке талантливой "братии" незаметно летели часы для радушно здесь принятого художника. "Братия" посвящала новичка во все тайны любимого ими искусства. Сам хозяин Брюллов, в пестром художественном своем широком зеленом халате, вел остроумные и интересные беседы о живописи и её истории. Глинка очаровывал присутствующих здесь игрой на фортепиано и пением (у него был, по словам И.К.Айвазовского, чудный голос). Платон Кукольник и Айвазовский играли на скрипке, "Летописец Нестор" проповедовал об искусстве, импровизировал свои экспромты-стихи, Чернышев (Федор Сергеевич) читал свою нашумевшую тогда в обществе "Солдатскую сказку", а Жуковский - свои "пленительные" стихи. И.К. играл на скрипке особенным манером, на татарский образец, поставив ее стоймя против себя и извлекая из нее заунывные и порою веселые плясовые восточные песни. 

Айвазовский посещал также и М.И.Глинку, и Кукольника, у которых иногда собирались друзья. Вот что пишет вдохновленный ими М.И.Глинка в своих "Записках": "Гайвазовский посещавший весьма часто Кукольника, сообщил мне три татарских мотива; впоследствии два из них я употребил для лезгинки, а третий для andante сцены "Ратмира" в 3-м акте оперы "Руслан и Людмила ".

Таким образом, восточные песни, слышанные в детстве И.К. и сыгранные им по просьбе М.И.Глинки на скрипке в "кружке" приятелей, послужили поводом для создания одной из чудных сцен и танцев бессмертному творцу "Руслана", на которого имел вдохновляющее влияние И.К.Айвазовский, подтвердивший этим примером древнее мифологическое сказание, что музы-родные сестры, а представители их и жрецы искусств составляют как бы одно единодушно-идейное братство, обмениваясь своими родственными им планами и вдохновением... И.К.
 
Айвазовский рассказывал также, что, посещая Брюллова на другой день после веселых приятельских бесед, он заставал часто его совсем больным, с обвязанной платком головой и всегда жаловавшимся на свое здоровье, так какой не мог никогда оставаться таким воздержным от дружеских угощений, как Иван Константинович, которому все высказывали не раз свое удивление и одобрение по этому поводу"...
Источник:
"Воспоминания об И.К.Айвазовском профессора Н.Н.Кузьмина", 1901

пятница, 19 августа 2016 г.

Первый приезд Айвазовского в Петербург. Знакомство с Крыловым и Жуковским


Не только юг, нежно любимый Айвазовским, но и северный Петербург сыграл важную роль в становлении его таланта. По воспоминаниям Кузьмина, Айвазовский "говорил, что особенно поразительное впечатление производили на него, после роскошного юга, в убогой кашей северной природы, с ее бледным небосклоном - белые ночи". 

Биржа Петербурга. 1847
Государственный музей-заповедник "Петергоф"
"В эти задумчивые, светлые, прозрачные летние ночи, воспетые Пушкиным, по словам Ивана Константиновича, ему нередко приходилось возвращаться из дома светлейшего гр.Александра Аркадьевича Суворова-Рымникского князя Италийского, у которого он проводил все воскресные и праздничные дни и который всегда относился к нему с самым радушным, теплым участием. С семейством сестры Суворова-Варвары Аркадьевны Башмаковой (рожденной княжны Италийской, графини Суворовой-Рымникской), хорошей знакомой семьи Таврического губернатора А.И.Казначеева, Айвазовский на лошадях прибыл, как рассказывал нам, из Симферополя в Петербург. 


О назначении его стипендиатом в академию он был уведомлен частным образом письмом гр. Суворова в августе 1833 г. Знаменитый поэт наш Василий Андреевич Жуковский в 1835 г. посетил скромную квартирку нашего художника в академии и одним из первых по приезде его в Петербург горячо приветствовал его талант и утешал ею, в то время как он с трепетом и волнением ждал решения своей участи вследствие известной истории наветов на не послушание его царской воле и приказаниям профессора академии Таннера, завидовавшего успехам Айвазовскаго.

С жаром написанная картина его "Этюд воздуха над морем" появилась вопреки заданным летом 1835 г. учителем его работам из северной природы, которые он не пожелал выполнить, сказавшись больным, чем Таннер был несказанно раздосадован (По повелению императора Николая I картина тогда скоро была снята с выставки. Распоряжение об этом передал приехавший от имени государя флигель-адъютант).